Если кто зачитывался рассказами Хармса, должен помнить это достаточно жесткое название «жакт». Многие считают, что это была форма кооперативного приобретения недвижимости до войны, но это не так. Ни о какой собственной недвижимости в городах коммунисты даже и мечтать бы не позволили. Это была очередная попытка «убить» полуэкономическими мерами сразу нескольких зайцев, стоявших перед руководством СССР.

Жакты появились с середины 20-х годов после сворачивания НЭП. И первая проблема, которая стояла перед государством всегда – выманивание из «чулков» накоплений наличных средств у населения. Но население, как и во все времена, остро нуждалось, к примеру, в ТНП (чего у нас производилось катастрофически мало, в очень ограниченном ассортименте, да и качество оставляло желать лучшего).

Второй насущной проблемой населения было жилье – на новое строительство домов средств не хватало, но было много строений, которые в результате Гражданской войны и разрухи находились в отвратительном состоянии. После сворачивания НЭП исчезли и всевозможные полезные бытовые компании – кафе, прачечные, детские сады, парикмахерские и тому подобное. И вот именно система организации жактов позволила решить все эти задачи при сохранении всех идеологических принципов большевиков.

Как это работало. Допустим, есть группа людей, имеющих деньги, но нуждающихся в улучшении жилищных условий. Очередь их еще когда подойдет (строительство то не ведется). Берется заброшенное строение и организуется жакт при нем (с рекламой в газетах, как полагается). Приезжают граждане, платят вступительный взнос (и последующие регулярно тоже выплачивали), вступают в жакт, заселяются, но перед этим за свой счет приводят помещение в нормальный вид. При этом, сама недвижимость остается в собственности у государства, члены жакта – точно такие же социальные наемщики.

Но им было позволено (опять же за свои кровные) при доме использовать нежилые помещения под общественные бытовые структуры (выше перечислял). Однако, эти структуры должны были обслуживать только членов этого жакта, и без права использования структур с коммерческой целью (ради извлечения прибыли). Иными словами, это было то, что сейчас называют ТСЖ, с одной разницей – в ТСЖ состоят владельцы квартир, а не социальные квартиросъемщики.

В 1937 году система жактов была ликвидирована – видимо, государство исчерпало уже лимит имеющихся на балансе неблагоустроенных строений. К тому же, темпы развития промышленного производства потребовали резкого притока сельских жителей в города – читай, в квартирах снова начались уплотнения, да такие, что и помещения под садиками и прочими бытовыми структурами заселили ввезенной рабочей силой.

Если говорить о морально-этической стороне этого явления, то на фоне пережитых народом раскулачиваний, грабежа нэпманов жакты были достаточно мягкой формой изъятия сбережений у зажиточного народа. Если бы сейчас кто-то придумал нечто настолько действенное в организации ТСЖ, ему бы можно было золотое компьютерное кресло вручить заслуженно. Но сейчас другие возможности и другие понятия, да и люди другие.