К слову сказать, ярищенцы были не меньше нашего удивлены. К фактам, изложенным в письме, у них далеко не однозначное отношение. Кто мог такой «сувенир» изготовить и послать в редакцию?

В адрес редакции пришло письмо от жителей села Ярище. Мы приводим его не полностью, а лишь отдельные наиболее важные выдержки: «Здравствуйте, дорогая редакция! Мы с мужем – дети войны, ветераны, нам по 80 лет. … Пошла в магазин и увидела листовку на двери о том, что надо сдать по 2 тысячи рублей на проект за подведение воды – это до 25 марта, а потом еще по 4 тысячи. Мы итак платим за воду, не зная кому, без квитанции несем, кто сколько. Кто и как назначает эту цену, не знаем. Даже квитанций не выписывают, ни подписи, ни штампов…»

Далее следуют сетования на плохую дорогу Ярище-Колпна, на отсутствие фонаря у таксофона и т.д. Мы решили во всем разобраться на месте, поэтому отправились в село, к тому же случай был подходящий: в местном клубе проходил сход граждан.

Что мы знаем о других городах, о том, каково там живётся местным жителям, красив ли далёкий от нас город или так себе? Ничего не знаем, пока там не побываем. Из рассказов других людей складываются противоречивые впечатления: вот один рассказчик говорит: в Праге — печено вепрево колено, свиная рулька по чешски рулит. А девушка, побывавшая в Праге, навряд ли рульку припомнит. Если автолюбительница, засвидетельствует состояние дорог: ах, развязки, ох, разметка.

Весна красна! Природа просыпается от зимней спячки, крестьяне выезжают на поля и начинают сев. Пора — в почве оттаяли и невидимые помощники хлебороба. «Что это за невидимые помощники? Уж не о кодовстве ли каком речь?» — Спросит, пожалуй, тот, кто прочтет заглавие. — «Сказки! Довольно мы их раньше слушали, теперь не хотим». Нет, совсем не о колдовстве и прочих сказках будет наша речь. А о том, что постоянно происходит вокруг нас, что постоянно совершается перед вашими глазами. Только мы так ко всему этому привыкли, что и не задумываемся над ними, не пробуем объяснить себе, в чем же тут дело.

Это обычный такой прудик в Подмосковье. Находится на территории одного закрытого предприятия, размер имеет небольшой, славен своими рыбами, что разводятся здесь под строгим присмотром надлежащих лиц, и ондатрами, что в апреле уже находят проверченные во льду специальными лицами дырки и ныряют туда. Цель ныряния сокрыта подо льдом: выныривают без рыб, идут к следующей лунке. Но всё равно интересно за животным миром наблюдать.

Вопрос о поедателях книжек не такой уж теоретический, каким кажется на первый взгляд. Во всяком случае я его вижу таким, и об обратной связи говорить нужно. В некоторых случаях, когда искусство намного опережает своё время, обратная связь будет несколько растянута в этом времени, но она всё равно будет. Без обратной связи искусство становится самоценным, зритель/слушатель даже и противопоказан такому Кантовскому искусству в себе. Где-то в глухих сибирских лесах за печкой у Степаныча хранится эталон литра самогона. Сам по себе этот эталон до того сделан искусно, что и описание не обязательно. Само название «Эталон литра самогона» заставляет признать: нравится. Даже и смотреть не буду: нравится, и всё. Но точно ли тот так хорош? А неизвестно, не видел никто.

ОБРАЩЕНИЕ
К трудовым коллективам предприятий, организаций, учреждений всех форм собственности, учащимся учебных заведений и школ, пенсионерам, ко всему населению Верховского района.
УВАЖАЕМЫЕ ВЕРХОВЦЫ!

Традиционно в дни весенних школьных каникул в нашей стране проводится Неделя детской книги. В этом году она завершилась 31 марта. А сегодняшний апрельский денек по-своему примечательный и важный, как напоминание, что стоит уделять самое пристальное внимание детям. В верховенской детской библиотеке на протяжении десятков лет трудятся люди ради единственной цели — культурного воспитания подрастающего поколения. И большую роль в этом процессе играет книга. Так что же читают наши дети? Об этом нам рассказала заведующая библиотекой Татьяна Васильевна Тарасова.

«Зритель голосует креслами» — кто-то из великих режиссеров говорил. Выяснять причины, почему зритель не пошел на этот фильм — это не дело зрителя. Сегодня зритель вообще не может часто связать двух слов: не понравилось и все тут.

Речь там дальше шла о Михалкове, это неинтересно. Интересна же мысль о состоянии зрителя. Именно об этом и был спор в Регионе, что каждый имеет право сказать «нравится» ему или нет. Там ещё уточнение было, что принципиально, мол, — не пытаться давать оценку самому произведению. Это не одно и то же — сказать «мне еда не понравилась» и сказать «эта еда плохая».

Несколько месяцев 1929 года жители одного из домов в районе Бруклин (Нью-Йорк) испытывали серьезные неудобства. В одной из квартир поселился какой-то странный человек, который постоянно там стучал, строгал, пилил, и даже несколько раз из жилища раздавался гул ненадолго запускаемого двигателя. Каково же было их удивление, когда однажды арендатор этой квартиры, которого звали Питер Липайсер (Peter Lepicer) начал извлекать на улицу небольшой сконструированный им моноплан.

Весна вступила в свои права. Температура воздуха повысилась. Быстро тает снег, обнажая дворы и улочки. Сыро, грязно и почти везде замусорено. Реальность нашей жизни. Так у нас каждую весну. Кажется, люди и сами привыкли к такой картине. Куда ни пойдешь всюду натыкаешься на пустые бутылки, мешки с собранным кем-то мусором, а то и с чем посущественнее, к примеру — вышедшей из строя мебелью или бытовой техникой.