Утренняя радость
Shimus | Коротко | 06-02-2012
0
Когда проснулся утром, вышел на кухню покурить, там стоял братец – он тоже курил и мечтательно смотрел в окно. Я пожелал ему доброго утра, в ответ братец повернулся ко мне со счастливым лицом и произнес… Стоп. Здесь небольшое отступление – у него редко бывает радостное выражение лица, тем более, невероятно допустить, чтобы он радовался тому, что сегодня 1 июня, первый день лета и День Защиты детей. К сожалению, я не ошибся.
Радость братца была продиктована тем, что случилось вчера на Манежной площади (он там не был уже много лет, но услышал новость на своей любимой радиостанции). И вот, он произнес со счастливым выражением на лице:
«менты вчера как обмишурились на Манежной площади, наехали на ветерана ВОВ, помяли изрядно, сорвали наградные планки с пиджака…»
«И это повод для радости? – подумал я, и спросил, а чему ты рад, этому факту?»
Он, сменив радостное выражение лица на гневное начал выдавать мне поток «несогласных» тезисов, с которыми я итак знаком, но они мне скучны, равно как и сами несогласные вкупе с теми, с кем они не согласны. Точно также мне безразличны причины, по которым одни не согласны с другими.
Поэтому, вежливо выслушав информационную тираду, в которой ключевыми словами были «козлы», «менты», «реформа», «шевчук» и «путин», я решил поддержать диалог в светском направлении. Процедил: «мне по*****, что думает по этому поводу Шевчук». Собирался высказать подобное же отношение к мнению Путина, ментов, козлов и вещателей любимой радиостанции братца, но не успел. Он обиделся, буркнул мне гневно, мол, вот и «радуйся своему путину».
Я подумал – «ну, вот, только что он был таким счастливым, но я не вовремя проснулся и вошел на кухню со своим пофигизмом».
Зачем я так? Ведь, сегодня День Защиты детей.
Небольшая ремарка. Я так и не понял еще, радоваться мне Путину или нет, да и присутствует ли Путин вообще в иерархии ценностей моей личности, влияющих на большую или меньшую степень возникновения радости в настроении. Но вспомнил я несколько о другом. Возмем одну гипотетическую ситуацию, допустим, с двух позиций — на неком участке фронта какой-то взвод самовольно оставил позиции, обратившись в бегство.
В отчете начальника особого отдела после разбирательства будет все разложено по полочкам: что предшествовало, кто зачинщик, как далеко успели убежать, какие меры приняты. Потом, лет через пять, под водочку вспомнит эту ситуацию очевидец-фронтовик и все расскажет, как было. Сидели в окопе, лил дождь, натянули над бруствером брезент, он протекал, солдата Иванова пучило, под брезентом воняло и было сыро.
Молодой лейтенант не выдержал и выгнал Иванова наружу проветриться, а там дождь, Иванову итак обидно, а тут еще летеха наехал, под дождем, позор, живот болит. Взял винтовку, пальнул в сторону немцев с досады. Они открыли прицельный минометный огонь, осколками порвало брезент, убило двоих, остальные выскочили наружу, а там еще хуже. Решили отбежать метров на двадцать в дальний окоп, переждать, пока немцы не успокоятся, а там сидел «особист» под крышей из бревен…
Сейчас, когда подобное читаешь, то понимаешь: брезентовые ткани в те годы были не чета современным прорезиненным, кормили на фронте, тоже, понятно – «проносило» и пучило регулярно, лейтенант постоянно получает втык и злится на всех, и Иванова можно понять – живой человек, не выдержал. Это жизнь, в ней иногда цепь событий из ничего приводит к трагедии»…
А он говорит – «путин виноват в том, что менты сорвали планки с ветерана.
Выходит, и я виноват в том, что я не слушаю, ни путина, ни шевчука, ни ментов – только некоторым воспоминаниям живых людей верю иногда.