Должностное “рекетирование” общин малых народов Сибири

Зима в Сибири

Теперь, когда мы выяснили, что ни один шаг крестьянина или мелкого предпринимателя в Сибири не обходился без поборов со стороны волостного чиновничества в лице писарей и исправников, можем представить себе, куда уйдут те подъемные средства, которые будут в начале ХХ века выдавать крестьянам, согласившимся из Малороссии переселиться на свободные земли. От хозяйствующих субъектов эти земли были свободны, а от волостного начальства — нет. И есть еще один важный фактор, который представлял угрозу для крестьян-переселенцев из европейской части Российской империи — они бы там считались пришлыми, чем-то вроде малых народов.

Традиционное в России высокомерное отношение к «чужакам» в Сибири еще дополнялась и таким явлением, как преступное притеснение представителей малых народов. Понятно, что «туземцы» также обязаны были платить возложенные на них незаконные поборы, а если не имели такой возможности по каким-либо причинам, что происходило? Давайте снова почитаем свидетельства о том, как в конце XIX осуществляли силовой «рекет» и выбивание «долгов».

“А что делают писари и их приятели, волостные в «медвежьих углах», или в среде беспомощного инородного населения? Там произвол их еще менее ограничен. Вот факты: Кызыласов, родоначальник степной думы соединенных разнородных племен Минусинского округа, в мае сего года пустился в поиски за золотом и бился в тайге по Кантегиру месяца два, потеряв там все свои наследственные деньжонки. Но в думе; между тем, в конце июня состоялся сход родовых старость, для выслушивания сметных исчислений и составленного приговора на открытие кабака в думе, для торговли писарю Мукосееву (конечно, в приговоре этого не говорится). Причем, старосты признали нужным избрать нового родоначальника, на место Кызыласова, но приговор этот остался у Мукосеева, потому что если сменят Кызыласова, то и ему не служить. 10 июля Кызыласов возвратился из тайги и начал изыскивать средства, как бы наверстать свои убытки. С этой целью он вытребовал Белтирского старосту Карабилека и, когда тот на требование Кызыласова о деньгах, излишне собранных с инородцев, отозвался неимением их, то тут же, на месте был избит. Затем, Кызыласов отправился в Аскыз усмирять непокорных старость, пожелавших избрать другого родоначальника. Тут он, подстрекаемый письмоводителем Мукосеевым, зазвал в квартиру свою Карабилека, и опять избил его до полусмерти. После нескольких часов обморочного состояния, Карабилек отдохнул от побоев, поднялся и сказал родоначальнику, что если не дадут ему инородцы его рода деньги для Мукосеева и Кызыласова, то он отдаст свои собственные, и тотчас же отдал 101 рубль 52 копейки. В этот же день Кызыласов избил жестоко Казановского старосту за то, что он осмелился избирать нового родоначальника. После этой расправы Кызыласов и Мукосеев созвали родовых старост для отобрания от них подписки, которою и обязали их собрать осенью сего года, при сборе податей и повинностей, по 10 копеек с каждой души инородцев, на расходы Мукосееву. Для совещания по этому делу Кызыласов и Мукосеев, с шестью родовыми старостами (так, как другие шесть старость не приехали), заперлись в комнате Мукосеева, выгнав предварительно оттуда родовичей, и там совершили этот документ. Остальных старость Мукосеев вызывал в думу уже поодиночке, для приложения должностных печатей к этому документу. Между другими источниками дохода Мукосеева, можно указать на то, что он оставляет в свою пользу 300 рублей, отпускаемые из казначейства и положенные по штату думы помощнику письмоводителя; помощника Мукосеев не держит, а отписку бумаг по думе возложил своей властью на двух улусных писарей в селе Аскыз (Улеганова и Григорьева), которым денег этих не дает, а по книге в получении их принуждает расписываться.”

Тем нашим современникам, кто пытался заниматься бизнесом в девяностых годах в России, картина знакома по собственному опыту общения и с бандитами, и с милицией, и с работниками прочих надзирающих и фискальных служб. Конечно, сегодня, хотя бы в крупных городах, уже все не так печально выглядит, та же аренда офиса в Москве подразумевает, что общение с властью по вопросам эксплуатации арендованных помещений осуществляет арендодатель, а не арендатор-предприниматель. И все равно — был бы офис, а к чему придраться, найти нетрудно, если есть мотивация получить взятку.

Каково же было положение общин, состоящих из коренных малых народов Сибири, и каково было бы положение тех, кто решил бы переселиться в Сибирь для освоения новых земель под ведение сельского хозяйства. Кто-то скажет, мол, это свидетельства 1882 года, а реформа Столыпина была запущена тридцать лет спустя. Если знать, что такое сложившийся в регионе многолетний уклад, и как долго вытравляются негативные составляющие этого уклада, и помножить на медленный транспорт и средства связи начала ХХ века, можно предположить, что ко времени реформ Столыпина если что-то и менялось в Сибири в лучшую сторону, то, скорее, в крупных городах, в сфере промышленников, но никак не в деревнях Сибири.

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *